О проекте

Геннадий Стариков: "Риск новизны" ч.1

 

Экс-гитарист "Верасов" и "Алгоритмов" Геннадий Стариков о встречах с Владимиром Мулявиным в 60-х для газеты "СБ – Беларусь Сегодня": "После занятий в БПИ я шел через проспект в МРТИ на репетиции "Алгоритмов", которые у нас длились бывало с 7 часов вечера до 7 утра. Мулявин часто приходил к нам... Каждый раз он скромно усаживался на последних рядах и внимательно слушал, ничем не выдавая своего присутствия. Поразительная корректность!"

Владимира Мулявина я помню с 1965 года, когда он играл "на танцах" во Дворце культуры Минского камвольного комбината. Я тогда тоже играл "на танцах", но во Дворце культуры тонкосуконного комбината. Мулявин в то время был одним из самых авторитетных эстрадно-джазовых гитаристов Минска, а я – из поколения первых белорусских рокеров.

Его учителями были предшественники, моими – магнитофон "Айдас" и "комбайн", включавший в себя телевизор, всеволновой приемник и потрясающий трехскоростной проигрыватель...

Мулявин, говорили, виртуозно исполнял на электрогитаре "Полет шмеля" Римского-Корсакова в классическом стиле. Вот я и отправился посмотреть на него и послушать, как он это делает (сам-то я тоже играл "Полет шмеля", но в интерпретации чехословацкой рок-группы, чью пластинку студии Supraphon мне посчастливилось заполучить в свою коллекцию). Когда я приехал на новогодний танцевальный вечер в ДК камвольного комбината, забыл обо всем на свете! В полутемном зале под потолком вращался большой зеркальный шар, создавая иллюзию летящих по потолку хлопьев снега. На освещенной эстраде музыканты играли медленный танец. Среди них выделялся колоритной фигурой, длинной шевелюрой и сократовским лбом один человек. Слегка откинув назад голову, он стоял с гитарой и явно лидировал, ведя музыкантов за собой. Мулявин излучал какую-то мистическую силу, воздействуя на людей не только своим пением и игрой, но и неповторимым, запоминающимся раз и навсегда обликом. Я долго смотрел и слушал, словно завороженный, до сих пор эта картина у меня перед глазами...

Мы развивались, идя в ногу с английскими и американскими музыкантами – основоположниками рока. Как только кто-либо из западных звезд выпускал новый альбом, он тут же появлялся у нас. Помогал в этом минский театрально-художественный институт, где Александр Зименко и Николай Такунов открыли первый в Минске рок-клуб. На его заседаниях в студенческой аудитории они крутили на проигрывателе DUAL новые диски Cream, Jimmy Hendrix, Pink Floyd, которые многие там впервые слышали. А в это время во всесоюзной музыкальной жизни происходило следующее: старая добрая советская эстрада достигла предельных высот жанра, но стала слишком назидательной и консервативной. И уже не могла удовлетворить запросы молодежи "оттепели" 60-х, отреагировать на вызов музыки протеста, проникавшей к нам с Запада.

Английский квартет Beatles дал миру биг-бит и соответственно новые музыкальные амплуа. В Советском Союзе биг-бит постепенно распался на два основных течения: попсу, то есть так называемый стиль ВИА, и рок-музыку. Между ними расположилась так называемая "фирма" (с ударением на последний слог) и "комсомольский рок", сейчас именуемый "рокапопс". Rolling Stones открыли нам электрический хард-блюз... А у музыкантов появились новые способы заработать – так называемые "халты", иначе говоря, "халтуры", то есть выступления на разного рода вечерах и юбилеях, а также "лабайки" – игра на свадьбах. "Лабухи" "лабали" (играли) то, за что платили и что заказывали, часто наступая на горло своей собственной песне... Но все же это был прогресс по сравнению с баянистом, который прежде играл "на танцах" за рюмку водки. Помню, тогда еще один "лабух" сказал, что "битлам" надо памятник поставить за то, что они такую "халтуру" придумали!

Естественно, Мулявина как натуру творческую не мог удовлетворить статус "лабуха", а как человек цельный, имеющий к тому же профессиональную музыкальную подготовку, он не мог долго оставаться в статусе полупрофессионала, играющего на танцевальных вечерах. Само собой, из музыкального училища в Свердловске его отчислили, но Беларусь, хотя и со скрипом, приняла талантливого свердловчанина (впрочем, вышвырнув из своих музыкальных училищ Чеслава Немена и Юрия Антонова, которых приняли Польша и Россия). И Мулявин создал в Белгосфилармонии вокально-инструментальный ансамбль "Лявоны", в дальнейшем ставший "Песнярами".

Творческая жизнь свела нас, когда я, будучи студентом Белорусского политехнического института, играл в группе "2+2" Минского радиотехнического института, а позднее там же, в супергуппе "Алгоритмы".

После занятий в БПИ я шел через проспект в МРТИ на репетиции "Алгоритмов", которые у нас длились бывало с 7 часов вечера до 7 утра. Мулявин часто приходил к нам... Каждый раз он скромно усаживался на последних рядах и внимательно слушал, ничем не выдавая своего присутствия. Поразительная корректность! В свою очередь, и сам приглашал нас в филармонию на репетиции к "Лявонам"-"Песнярам"... Так мы и ходили несколько лет вдоль и поперек Ленинского проспекта...

В те годы РТИ был цитаделью белорусской (и не только) рок-музыки. Его студенты, талантливые музыканты по одаренности и инженеры по специальности, сами разрабатывали схемы и собирали усилители, дающие тот самый фирменный аналоговый гитарный звук, который и сейчас так ценится всеми музыкантами мира.

Владимир Мулявин долго уговаривал "Алгоритмы" продать "Песнярам" свои уникальные усилители, но тщетно. Однажды даже не выдержал и сказал в сердцах: "Ну как же так – государство дает нам валюту, мы покупаем самую лучшую импортную аппаратуру, а она у нас не звучит!" У него болела душа из-за неудовлетворительного звучания гитары, и он смело менял их в поиске наилучшего звука. Однажды принес показать нам первую 20-струнную гитару, которую купил по случаю у польских музыкантов. И в ответ на наши улыбки, как будто извиняясь, сказал: "Ну что тут поделаешь, нет ничего лучше". А улыбались мы из-за того, что разъем в этой самопальной гитаре был... словно от утюга!

Мы тоже использовали в своем пении четырехголосие, приемы полифонии, задержания, синкопы и другое. Но то, что мы слышали в исполнении "Песняров", было чем-то особенным... Их пение завораживало до дрожи. В вокале они были сильнейшими в стране, хотя их еще долго не хотели признавать...

Но вернемся на репетицию "Песняров". Мулявин объявил перерыв и попросил нас сыграть что-нибудь "по блюзу", заметив своим артистам: "А вы послушайте, как играть надо!" Мы слегка смутились, но стали доставать из чехлов гитары... И вот мы, Евгений Коновалов, Игорь Крупенио, Владимир Беляев и автор этих строк, импровизировали по блюзовому квадрату минут 15, а "Песняры" с интересом слушали. Когда мы закончили, ребята нам поаплодировали, и тут произошел интересный и во многом показательный эпизод... Здесь стоит сделать отступление и сказать, на каких гитарах мы играли. У нас были перепаянные "Элгиты" и "Этерна". А у Мулявина – "Этерна де люкс". Он подошел к Беляеву с гитарой в руках и спросил:

– А как это получается, что твоя "Этерна" хорошо звучит, а моя, хоть и стоит дороже, звучит хуже?

– Это потому, что в моей гитаре есть тон-компенсация, – ответил Беляев.

– А в мою гитару можно такую впаять?

Беляев посмотрел на нашего звукоинженера Владимира Янголя, который никогда не расставался с паяльником и толстым портфелем, набитым радиодеталями. Тот утвердительно кивнул.

– А сколько времени это займет?

– Минут 15...

Мулявин оглянулся на своих музыкантов и спросил:

– Сколько времени осталось до начала нашего концерта?

Оказалось – 40 минут. Немного поразмыслив, Мулявин глубоко вздохнул и решительно снял гитару. Держа ее на вытянутых руках, протянул Беляеву:

– Бери, паяй! – как будто решился на операцию.

Янголь с Беляевым тут же разобрали ее, быстро впаяв в электросхему гитары нужную цепочку, собрали и вернули Мулявину в лучшем виде.

Да, риск новизны в нем пересиливал страх осторожности!

Оригинал публикации на сайте газеты "СБ – Беларусь Сегодня".

Фото: Артур Прупас, "СБ – Беларусь Сегодня"

Об авторе:

Родился в 1950 году в Минске. Учился в Белорусском политехническом институте, окончил Минское музыкальное училище по классу классической гитары и дирижирования (1984). Выступать начинал в составе минских бит-групп в середине 60-х. Играл в группах "2+2", "Алгоритмы", "Чародей", "Факиры", "Чары". В 1978 году был приглашен в состав ансамбля "Верасы". В 1982-83 годах - участник ансамбля "Тоніка". В 1987-1990 – гитарист оркестра Минского цирка. В 1995 году основал "Стар-клуб" – неформальное объединение музыкантов и любителей блюза. В 1996 году стал инициатором фестиваля "Блюз жыве ў Мінску". Выступает с концертами, пишет инструментальную, гитарную, оркестровую музыку и песни.


Чтобы оставить свой комментарий к этой публикации, войдите в систему. Нам важно ваше мнение!

Или авторизируйтесь посредством:

 

Комментарии

от себя - людям

+1
0
-1

Дико хочется, в чем-то согласившись, наброситься на субъективизм и романтико-ностальгичное смакование музжизни эпохи "хомо-советико". Ограничусь малым: Основоположниками "big beat" битлы, строго говоря, не являлись, поскольку были одной из тысяч групп "скиффл", использовавших одинаковый инструментарий и игравших "отбеленный" выхолощенный блюз на базе британского подросткового сентиментала. А "джаггерствующие камни", если и были ближе к афро-амер. материалу, то во всяком случае не к хард-блюзу, а к чикагскому джампу. ...Любопытен эпизод с впаиванием в гитару необходимых схем( которые внезапно появились под рукой НА РЕПЕТИЦИИ). И вообще... Может самому начать вспоминать, "от себя - людям"?

 

от себя - людям

+1
0
-1

Странно читать эту галиматью на страницах уважаемого experty.by. Автору хотелось бы посоветовать аккуратнее относиться к описанию истории белорусской музыки. Живы еще многие не только свидетели, но и непосредственные участники тех давних событий. А то в 14 лет и на танцах поиграл, и Мулявина с Песнярами поучить успел, и из Свиридовой певицу делал, и Кондрусевичей спасал и по одиннадцать выступлений в день с Верасами. Интересно, знают ли об этом другие участники описываемых подвигов? А цикл опусов в данном случае, корректнее было бы назвать, например так: "Я и роль Моей личности в истории зарождения и становления белорусского рока, блюза и вообще эстрады, музыкантов и не только". Да, кстати, идея и честь создания минского Стар-клуба принадлежит прежде всего, Алексею Козловскому.

 

Кто бы сомневался?

+1
0
-1

Козловские(Андрей и Алексей) однозначно сделали в разы больше для белорусского Рока. Я их помню как фирмачей с 1974 года. Они здорово играли, а не "...камешки у берега кача-а-ли..." Так, что Козловские -молодцы. Кто бы сомневался.

 

Козловские A. и А.

+1
0
-1

..."однозначно сделали в разы больше для белорусского Рока". - Это если есть с кем сравнивать. В данном случае не с кем и не с чем.
В 70-х было много ярких музыкантов на белорусской сцене. Достаточно посмотреть блестящий, но далеко не полный, к сожалению, материал Виктора Семашко "Белорусский андерграунд".
Андрей Козловский - один из немногих выдающихся белорусских музыкантов, для которых юношеское увлечение превратилось в профессию. Занимаясь самообразованием, "снимая" и до филигранной точности воспроизводя альбомы Led Zeppelin, Deep Purple, Nazareth - плюс природное дарование, Андрей превратился в талантливого музыканта-импровизатора, аранжировщика. Вершина его творчества, на мой взгляд - первые годы существования группы "Сузор'е". Далее, в дуэте с Алексанром Растопчиным - виртуозное исполнение сложнейших гитарных партий на обычных, "штатных" концертах.
Лёшечка известен тем, что первым в Беларуси нашел такой прием игры на бас-гитаре, который в обиходе называется "флоп"! В середине 70-х музыкальные пути братьев разошлись и Алексей продолжил работу в интересных составах, например в группе "Университет". Но уже в начале 80-х он был приглашен в группу "Сузор'е", где продолжилось их совместное творчество.

 

За храналогіяй варта сачыць

+1
0
-1

За храналогіяй варта сачыць больш уважліва. Лёша з "Універсітэту" прыйшоў у "Сузор'е" у 1982 адначасна з Растопчыным. "Сузор'е" ж пачалося яшчэ ў 1978. "Універсітет" -- у 1974.

 

Ну дык i сочым!

+1
0
-1

Ну и у кого нарушение хронологии?
"Сузор'е" началось не в 1978 году, а 29 октября 1977 г.(первый концерт в КМК "Сузор'е", до этого репетиции в РТИ).
Кстати, В 1982 г. в "Сузор'е" Алексей Козловский и Александр Растопчин пришли не одновременно.

 

Згодны, адносна "Сузор'я" на

+1
0
-1

Згодны, адносна "Сузор'я" на год прамахнуўся. А Казлоўскі і Растоп прыйшлі можа і не адначасова, але ў адзін год.

 

RSS

RSS-материал

награды Experty.by

рецензии и аудиозаписи

алфавитный каталог

  • более 350 альбомов
  • онлайн-прослушивание
  • описания и рецензии
  • ссылки на легальное скачивание

Последние комментарии

 
 
Developed by Lynxlab.net