О проекте

Светлана Бень: "В Серебряной Свадьбе кукольный театр торчит изо всех щелей!" (+фото)

 

Лидер "Серебряной Свадьбы" поведала о презентации "Laterna Magica", собственном театре, программе для панк-детей и призналась, какие долги раздаёт кабаре-бэнд.

– Вы решили издать второй альбом в духе кабаре, хоть изначально говорили, что атмосферу кабаре невозможно передать через носитель. С "Laterna Magica" получилось?

– Надеемся, да.

– "Laterna Magica" выйдет в двух частях?

– Трудно сказать определённо про вторую часть. Она планируется. Потому что часть записанного материала не вошла в первую часть, и, конечно же, мы должны пристроить её во вторую. Но как всегда, мы опять попадаем в жёсткий концертный график. И когда у нас опять выпадет случай сесть в студии, спокойно позаниматься этим – мы пока что не знаем. Поэтому вообще планировать сроки второй части мы пока не можем.

– Второй диск будет продолжением этого альбома или всё же нет?

– Да, это будет "Laterna Magica", часть 2. У нас накопилось большое количество песен, которых нет в записи вообще никакой – ни плохой, ни хорошей. Это могут быть снятые любительские ролики, выложенные на youtube, или что-то в этом духе. Огромное количество людей ждёт эти песни в нормальном звучании. И мы это звучание попытались сделать исключительно для них.

Конечно, у нас были свои творческие задачи. Нам было очень интересно поэкспериментировать со звуком, сделать какие-то студийные аранжировки, поискать эффекты, приобщить к записи другие музыкальные инструменты. Но основной нашей задачей было всё-таки отдать долги слушателям , потому что записи этих песен у нас не было.

Потому и первая, и вторая часть "Laterna Magica" – это те песни, которые не были записаны, за исключением редких песен, которые уже вошли в "Концерт в чулане". Сейчас они совершенно по-другому звучат, с новыми аранжировками и, возможно, они будут включены во 2-ю часть этого альбома. Но в основном это незаписанные ранее песни.

– Песни для второго альбома вы называли самыми важными.

– Я бы сказала, что это те песни, которые, может быть, оставляют наиболее яркую визуальную внутреннюю картинку в мыслях, в голове. Это те песни, которые чаще всего ожидают и спрашивают во время концертов и на нашей страничке в интернете. И мы старались отобрать эти самые востребованные и нужные песни. Мы очень много путешествовали в последние годы. И такой роскоши, как вот сесть, спокойно заняться альбомом, поэкспериментировать, поиграть так и этак – всё это было для нас невозможно.

Мы были в очень жёстком гастрольном графике. Потому песни, которые вошли в "Laterna Magica" – не новые, и ни для кого никаких сюрпризов там не будет. Те, кто слушает "Серебряную Свадьбу", все эти песни слышали. Но они должны были прозвучать хорошо, и они прозвучали хорошо.

– Почему вы решили посвятить альбом старинному диапроектору "Laterna Magica" – Волшебный фонарь?

– Да, это старинный диапроектор, очень смешной и трогательный. Почему? Потому что в диапроекторе меняются слайды и картинки. Они совершенно разные, и функция его в том, чтобы воспроизводить всё, что в него помещается. Наш альбом как раз очень разнородный и все песни очень разные. Не похожие друг на друга истории совершенно разных планов. И всё они как картинки в "Волшебном фонаре" – сменяют друг друга.

– Этот самый "Волшебный фонарь" будет присутствовать на презентации?

(Двойная концертная презентация альбома в Минске на момент выхода интервью уже состоялась 26 и 27 апреля.)

– Да, мы сейчас очень много сотрудничаем с чудесным виджеем Серёжей Новицким, который придумывает ролик. Он будет делать живую проекцию – т.е. это не просто заданный ролик, который запускается нажатием клавиши. А это ролик, который создаётся на ходу, непосредственно во время действия музыкантов, совпадая с ними в музыкальном и эмоциональном отношении. Есть заготовленные картинки, которые он выводит в особенном порядке, определённом ритме, таком, как подскажет сиюминутное. Это как сотворчество – очень мощное и непредсказуемое, интуитивное. Это очень красиво.

Вообще с этим альбомом к нам пришли очень чудесные люди. Например, художник Максим Осипов, который оформил альбом. Он создал визуальный ряд, очень близкий нашему видению, нашей эстетике. На основе этого ряда и создаются проекции.

– Вы никогда не думали записать какой-то из ваших концертов и издать на dvd, так скажем, в дополнение к аудиозаписи?

– У нас постоянно были такие мысли и идеи, и мы неоднократно делали такие попытки. Пока что мы убедились в том, что такая съёмка – это чрезвычайно долгий и дорогостоящий процесс. А делать какую-то проходную вещь очень не хочется. И так в youtube полным-полно различных роликов, снятых в той или иной степени любительским или профессиональным образом.

Если снимать концерт, снимать его красиво, по-настоящему – то это такие огромные приборы, которые перевозятся фурами, а не любительские камеры. Это и очень сложная режиссура, которой должен заняться высокопрофессиональный человек. Иначе всё это не имеет смысла.

Наш концерт должен быть снят как лучшие фильмы о Depeche Mode, о Radiohead. Такого рода. Иначе мы просто не хотим. Я не приравниваю наш уровень к уровням этих групп. Но если делать о нас фильм, то он должен быть таким и не меньше.

– Вы сняли клип на песню о Пушкине, а до этого говорили, что хотите быть как Пушкин. Может, и отдельную программу на стихи Пушкина выпустите?

– Пушкин – это один из моих любимых поэтов. Неважно, каким он был человеком, хоть и как человек он мне очень симпатичен и во многом родственен: вот эта его волшебная лёгкость и невероятный оптимизм в сочетании с очень глубинным постижением мира. Задумчивый и тотчас отчаянно весёлый – это очень прекрасное сочетание. Мне оно в нём очень трогательно, потому что в основном поэты гнут какую-то одну линию.

Пушкин всегда очень меня интересовал, и я хотела ставить его "Маленькие трагедии", и очень долго изучала его жизнь и творчество. Но то, почему и как эта песня возникла – оказалось мистической историей. Буквально за 15 минут, напевая в ванной что-то под нос, я сочинила эту песню на ровном месте. Не читая, не думая о Пушкине в то время. Обычно у меня песни пишутся очень долго – иногда месяц, иногда год. А тут как то – раз и сложилось в чёткую структуру! И я подумала: Боже, зачем? Почему про Пушкина? И, главное, про дуэль! Тогда я залезла в интернет и увидела, что буквально через несколько дней должна была состояться дуэль. И я увидела в этом какой-то удивительный знак свыше. Есть такая расхожая штука, когда автор говорит: "Мне как будто бы кто-то продиктовал!" Вот я это ощутила очень точно, когда эту песню сочиняла.

Я прочитала много материала про дуэль. Там было очень много мистических нестыковок. Это как будто отматывается плёнка назад, и ты пытаешься остановить человека в последнюю минуту, перед последним неверным шагом. Вот и у нас эта песня получилась не совсем про Пушкина. Это попытка каждого любящего человека сказать любимому человеку не уходить, потому что может произойти что-то страшное. Это последнее расставание может случиться каждую минуту.

– Как пришла идея снять ТАКОЙ клип на песню?

– Всё было снято фантастическим образом!(смеёмся) Мы хотели выложить в интернет песню, ещё не сделав её. Обычно мы долго встречаемся, аранжируем песню, и так, и этак её крутим. А тут решили: всё! Надо! Дуэль через два дня! Надо сделать и выложить! Я так много прочитала обо всём этом, и мне хотелось, чтобы услышав нашу песню, кто-то тоже прочитал что-то ещё и дополнительно подумал о Пушкине в этот день.

Легкомысленнейшим образом мы решили снять ролик дома на фоне шкафа. Мы живём такой весёлой коммунальной квартирой, и все жильцы дома проявили интерес к песне. Так родилась идея, чтобы все спели вместе. Дочь Софью некому было держать в эту минуту, я взяла её на руки. И когда мы сделали пробный дубль песни, мы увидели, что получилась совершенно чёткая картина такой семьи – наполовину итальянской мафии, наполовину питерской коммуналки, где дедушка в кальсонах выходит в коридор, и висят тазы и велосипеды. Это образ большой семьи, которая выходит и говорит: "Не ходи, застрелят!" Всё это получилось случайно, и в этом мы тоже увидели долю какой-то мистики. Потому и выложили видео именно в таком виде – не правя, ни чистя. Вот как оно вышло, максимально искренне. Хоть мне и не нравится это слово – но тут по-другому не скажешь.

– В интернете появилось огромное количество ревностных комментариев по поводу того, что вот, мол, белорусская группа зачем-то посвящает песню годовщине со дня смерти русского поэта. Вас это обидело?

– Я выполняла свой долг перед Пушкиным. Я как не читала комментарии вообще по жизни, так и читать не собираюсь. Мне совершенно всё равно. Но я просто знаю, что эту песню прослушало огромное количество людей. И я очень этому рада. Не потому, что я удовлетворяю свои творческие амбиции. Повторюсь: для меня это какой-то знак уважения перед мужественным, удивительным и невероятно талантливым человеком.

– Будут ли сняты клипы для "Laterna Magica"?

– У нас есть масса образов и желаний, но пока что мы не встретили, не нашли человека, с которым мы бы могли это сделать. Мы ждём, ищем хорошего, настоящего режиссёра высокого уровня, который мог бы с нами посотрудничать.

– Недавно вы проехались с концертами по Беларуси. Как вас встретили?

– Мы очень довольны. И даже, можно сказать, счастливы, что мы съездили в этот маленький тур и сожалеем, что не объехали все города. Тем более, очень жаль, что мы не попали в "не областные" города. Это было бы очень интересно! Концерты были в Бресте, Витебске и Гомеле. Они прошли фантастически хорошо! Мы чувствуем, что это очень нужно, и что людям это было интересно. И это хорошо!

– Планируете продолжить тур?

– Пока что нет. Дело в том, что вообще концерты в Беларуси организовываются очень тяжело. Это всегда очень трудный процесс, у нас нет структуры клубов, она не развита. И это очень дорогостоящее удовольствие для организаторов. Для нас это не проще, чем съездить, допустим, в Москву. Даже гораздо легче выступить в Москве. Сейчас у нас очень много предложений, наш график расписан уже до зимы. Не знаю, когда у нас будет ещё время вырваться сюда поближе. Повторюсь, что это довольно сложно.

– Вы себя лучше чувствуете, выступая в концертном зале или на клубной площадке?

– В равной степени. У нас очень разнообразная программа и разнообразны наши желания и настроения, как внутри группы, так и мои в частности. Иногда нам очень нравится играть "сидячие" концерты, потому, что у нас много песен-номеров. И очень хочется, чтобы люди их видели. Особенно, если это куклы.

И очень обидно, когда бывают клубные концерты, и люди где-то начинают переговариваться, шуметь и лирические, тонкие моменты пробрасываются. Нам отрадны и сидячие залы. Нам очень нравятся клубные концерты, когда все пляшут и скачут. Нам нравятся и open air’ы, когда народу тысячи, всё происходит с драйвом и "аааааа, концерт!"

– Что ближе лично тебе?

– Лично я больше всего люблю крошечные концерты, совсем маленькие. Когда в зале не больше 100-150 человек и когда всем людям всё видно, всё слышно. Есть место и лирическим моментам и какому-то разгуляйному состоянию. Когда становится тесно, жарко, душно, как в бане, и когда все в едином порыве начинают скакать в конце – тогда я максимально счастлива. Но есть прелести для нас во всех перечисленных вариантах, просто тогда мы немножко меняем программу.

Но всё равно для меня кабаре – жанр более камерный, и максимально полно составить представление о "Серебряной Свадьбе" можно именно в маленьком зале, сидячем либо когда люди сидят за столиками. Когда всем хорошо видно сцену. Когда люди не разговаривают, а смотрят как бы маленький спектакль. Это идеальная атмосфера для нашего выступления. И это и есть – атмосфера кабаре.

– В концертах "Серебряной Свадьбы" может появиться настоящий кукольный спектакль?

– Да, у нас был такой план, и мы хотели сейчас, после перерыва, вернуться именно спектаклем. Кукольным, очень красивым, на цирковую тему, которая давно живёт в нас, зреет и наверняка вот-вот появится. Но как-то так организационно вышло, что необходимо было сделать большой концерт. И мы пока что отказались от этой идеи.

– Для этой цирковой программы нужны особенные произведения?

– Произведение уже есть, оно продумано, и его можно сделать. Вопрос тут, скорее, в залах. Потому что небольшой, уютный зал, позволяющий и танцевать, и смотреть, и хорошо видеть кукол – это сложная затея. И такие залы есть не в каждом городе. Поэтому мы обязательно сделаем эту программу, но, скорее всего, это будет какой-то эксклюзив, который произойдёт в определённых, особенных местах.

– Минску повезёт?

– Безусловно!

– Накануне выхода "Laterna Magica" вы говорили о расширении состава. Вам не хватало каких-то инструментов исключительно для записи, или вы думаете пригласить других музыкантов в команду?

– Я думаю, что мы звучим достаточно насыщенно тем составом, который есть сейчас. И к тому же, мы такой, бродячий коллектив – увеличение нашего числа делает проблемным наше бродячее существование (смеётся).

А для записи мы всегда приглашаем много дополнительных музыкантов и новых инструментов. В этом альбоме, например, прозвучал мой самый любимый инструмент – терменвокс.На нём сыграл Артём Атрашевский – чудесный мастер терменвокса, который уже сейчас очень востребован. Удивительный человек и невероятный музыкант, какой-то космический пришелец просто! Он примет участие и в нашем концерте.

– Как обстоят дела с вашим проектом "Музыка для букашек"? Вы занимаетесь им сейчас?

– Он находится в стадии разработки, я бы сказала так! На самом деле "Музыка для букашек" – это моя старая-старая идея о создании такого шумового оркестрика невероятных инструментов, который исполняет странную, смешную и очень театрализованную музыку.

Я даже не в полной мере уверена, что это будет детская программа, потому что не получается у меня создавать песни для детей. Нас очень часто приглашают сыграть где-то для детей. И тогда я начинаю перебирать программу и понимаю, что безболезненно для детей могут прозвучать одна или две песни. Всё остальное – это антигуманно (смеется). Помимо нецензурной лексики эта тематика просто не интересна детям. А иногда даже вредна. Поэтому я хотела бы, чтобы "Музыка для букашек" была для детей. Но боюсь, что так не получится. Или же это должны быть такие особенные панк-дети.

– Может, пишете какую-то отдельную детскую программу?

– Вообще проект для детей – это мечта. Сейчас я думаю, что "Музыка для букашек" – это будет шумовой оркестрик, но не умилительный вовсе. Потому что лучшие стихи про букашек, которые искала по всему миру, я нашла у Николая Олейникова, современника Хармса, поэта из той же весёлой и невесёлой компании. У него прекрасные стихи о букашках, но они очень злые. И мне это очень нравится! Они лишены умиления, наполнены как восторгом перед миром букашек, так и ужасом окружающего мира, когда человек чувствует себя маленькой букашкой в пугающем и страшном мире, где его могут раздавить в любую секунду. Мне это чувство очень свойственно, я ощущаю себя так ежесекундно. И мне очень интересно перенести это в музыку и поэзию.

– Собственные дети не вдохновляют вас на написание "мягкого" детского проекта?

– Да, вдохновляют, но не так-то часто. Скорее, дети порождают во мне какую-то тревогу за них и за мир. Она обостряется. Я не становлюсь добрее и веселее с появлением детей, я становлюсь напряжённее и тревожнее, вот. Поэтому такие "успокоительные" детские песни рождаются крайне редко. Но они есть! Их число разрастается потихонечку.

– Вам предлагают сниматься в кино? Или писать музыку для кино? Вам вообще этот жанр интересен?

– Конечно же, я, как все люди, влюблена в кино. И, конечно же, я мечтаю, чтобы "Серебряная Свадьба" поучаствовала в каком-то невероятном фильме. Но опять же, у меня стоит очень высокая внутренняя планка. Мне хочется, чтобы этот фильм был необыкновенным. Да, необыкновенным. Например, чтобы это был фильм Киры Муратовой или Жёне, который снял "Неудачников", "Амели". Или чтобы это был фильм моего любимого режиссёра Вернера Херцога. Или это было бы просто какое-то удивительное, экспериментальное кино, мощное и необыкновенное по идее, кого-то из молодой неформальной режиссуры.

Время от времени нам предлагают поучаствовать в фильмах в качестве авторов музыки, да. Пока что нам хвалиться нечем. Мы поучаствовали в каком-то количестве фильмов сериального уровня. После которых в какой-то момент приняли решение не участвовать больше ни в каком кино такого рода. Вот мы ждём, ищем и привлекаем силой мысли к себе какое-то интересное кинопредложение.

– Иногда вы поёте на французском? Нет желания сделать полноценную французскую программу?

– Франция, французский язык и поэзия продолжают нас чрезвычайно будоражить. И, конечно же, есть такая тема и такой план. И, возможно, он будет реализован в довольно скором времени. Я об этом очень мечтаю и очень бы этого хотела. И, конечно же, это будет потихоньку происходить.

– Как-то вы рассказали, что ваши песни – магические. Вот вы пели на французском, и случился в вашей жизни Париж. С тех пор вы не хотите петь про смерть. А про что ещё больше не поёте?

– То, что песни притягивают и что-то реализуется – это так, безусловно. Да, я боюсь писать про смерть и отгоняю от себя такие песни. Но они пишутся! Может, это и не страшно, конечно, чего тут пугаться? Ох, я не знаю.. у меня так много различных тем! Вот, я только одно расскажу. Однажды мы написали песню, она называется "Птичка":

"Сидела птичка средь ветвей и песенку свистела
И было слышно, что у ней всё в песенке блестело".

Я писала это песню по мотивам известной мелодии "Blue Canary" про голубых канареек (напевает). Она была очень известна, благодаря номеру Вячеслава Полунина, где в "Лицедеях" клоуны очень смешно танцуют с маленькой гармошкой. Наша песня "Птичка" была посвящена Полунину. И в скором времени в каком-то интервью меня спросили: А вы не хотели бы посотрудничать или повидаться с Вячеславом Полуниным? Или, скажем, с Норштейном, которых вы так боготворите?" Я просто махала руками на человека, который об этом спросил. То есть как это, не хотела бы? Что это за вопрос? Хотела или не хотела бы – но это же невозможно!

Позже сложилось так, что где-то через год мы встретились с Вячеславом Полуниным и играли эту песню на его "Конгрессе дураков". И это было чудесное воплощение мечты! Наверное, самое яркое из всех, которые случались. И вообще я ратую всегда за озвучивание своих желаний, но с большой осторожностью в обращении с ними. Я очень сильно верю в материализацию и силу мыслей. Потому очень многие мысли в себе очень сильно подавляю и пресекаю, чтобы не привлекать негативное.

– Напоследок очень хочется поговорить с вами про театр..

– Театр? Это прекрасная тема! (Смеёмся) Я работала в Театре кукол и закончила курс режиссуры у Алексея Лелявского, которого я, наряду с Норштейном и Полуниным, боготворю. Потому что это уникальный мастер и удивительный человек. И я очень счастлива, что прошла такую школу.

Конечно же, если говорить о том, кто я есть прежде всего – поэт, музыкант, исполнитель, певица, режиссёр – то, скорее, моё сердце склоняется к Театру кукол. Не знаю, могу ли я в полной мере называться хорошим режиссёром.. Сказать "Я – режиссёр!" – это то же самое, что сказать "Я – хороший режиссёр!". Но я хочу заниматься театром кукол больше всего на свете! И я им занимаюсь в любое возможное время.

Он есть в той или иной степени в "Серебряной Свадьбе". Если у меня нету кукол в руках, то я всё равно действую по принципу кукольного театра в большой степени условно и утрированно, метафорично. Так, как завещано действовать кукольнику. Это присутствует в песне, в построении песен, в юморе, в режиссуре внутри песни. Безусловно, кукольный театр торчит оттуда из всех щелей!

– Вы не работаете сейчас в театре?

– Нет, и думаю, это очень хорошо и для меня, и для театра. Потому что "Свадьба" меня очень поглотила в последнее время, и это было очень невежливо по отношению к театру. Я очень вовремя ушла, не превращая это в проблему для театра, когда меня нужно было бы ловить сачком и из-за этого возникали бы трудности с постановками.

– Не думали ли вы открыть свой театр?

– Я занимаюсь своим маленьким театром! У меня есть свой театр "Картонка". Он воплощает мои мечты о маленьком, достойном, домашнем театре. Бумажном театре. С моей замечательной подругой-астрономом Зоей Кинько мы поставили один спектакль, который называется "Был бы у меня дракон". Так же с музыкальным сопровождением для этого спектакля мне помогает Артём Залесский, и моя дочь Ульяна, которая работает в этом спектакле осветителем. Это такой маленький путешествующий театрик, мы сыграли уже с десяток спектаклей в Минске и окрестностях. А совсем скоро мы поедем с этим спектаклем в Москву, а затем на фестиваль в Пермь. Надеемся, что и дальше он будет жить, путешествовать и развиваться, будут добавляться новые спектакли.

Планов так много, что мне бы хотелось, чтобы меня было четыре. Я была бы рада, если бы я расклонировалась как-то ещё при жизни, чтобы успеть сделать всё, что очень хочется. Но вот всё, что мы сегодня озвучивали, это очень животрепещуще и хочется делать всё! Но времени не хватает даже попить чаю.

Текст: "Еврорадио
Фото: "Еврорадио и из личного архива группы


Чтобы оставить свой комментарий к этой публикации, войдите в систему. Нам важно ваше мнение!

Или авторизируйтесь посредством:

 

RSS

RSS-материал

награды Experty.by

рецензии и аудиозаписи

алфавитный каталог

  • более 350 альбомов
  • онлайн-прослушивание
  • описания и рецензии
  • ссылки на легальное скачивание

Последние комментарии

 
 
Developed by Lynxlab.net